Расхламление как сеанс психотерапии с вещами
Упомянуто · Staniverse
Затеял тут, значит, расхламление. Повод — запах возможного ремонта первых и главных 10 квадратных метров моей холостяцкой берлоги. Необходимость полностью разобрать одну комнату, перенеся из неё что-то в другие, запустило процесс, который оказался совсем не про методики Мари Кондо, а скорее про разговоры с неодушевленными предметами.
А там ещё и флешбеки аж из глубокого детства выныривают. Почему-то помнишь песни группы «Фактор-2» со всеми деталями концерта в Кировском Цирке back in 2005, а,скажем, шахматные дебюты или что-то полезное из школьной программы…эх.
Вообще, всё к этому шло еще в прошлом году, когда я как-то пересмотрел своё отношение к вещам. Ну вот есть у меня дорогая сердцу пластинка Родионова и Тихомирова. А если я внезапно закончусь завтра, то вся её ценность для кого-то другого схлопнется до условных 200 рублей на вторичке. И так со всем. По сути, вся квартира — это просто какое-то количество накопленного хлама, ценного по-настоящему только занёсшему его. Другие хранят его как ценный тебе, а не им.
И этот хлам, зараза, с тобой разговаривает. Причем не как случайный собеседник за барной стойкой, а как трясущий из тебя, висящего головой вниз перед обрывом, что-то психотерапевт, который знает о тебе даже больше Гугла и ботов со сливами персональных данных. И больше даже того, что ты сам помнишь и знаешь.
Берешь в руки шахматную доску — явно не магазинную, ручной работы, следом попадается книга «Отдать, чтобы найти». Дед явно был по этой теме, но не успел научить меня по-хорошему. А был бы лучшим тренером, чем подписка на chess.com. Зато сколько радио с ним собрали раньше, чем я пошёл в 1 класс! Вот этим паяльником, с жалом толщиной в мизинец. Которым робовайфу не соберёшь.
А вот катушечник «Иней-303». Тот самый, с которого Мама когда-то крутила по кругу песню «Городские цветы». А может и влюбилась в эту песню с ним, ещё когда они жили в коммуналке. А потом вспоминаешь, когда и где для неё эта песня играла в последний раз с колонки JBL…
Я этот магнитофон лет 10 назад, перед продажей сада, забрал домой, даже оживлял. Но, положа руку на сердце, и эстетически, и технически — это далеко не предел мечтаний. Мечтаю-то я об «Олимпе-005», но это уже совсем отдельная история болезни. Произведённая в Кирове)
Или вот электрофон «Россия» — главный ответственный за мое знание советской эстрады, аудиоспектаклей, магии извлечения звука из канавок. На таком даже рабочем сейчас только пластинки портить. Как это делают любители «чемоданчиков» из ДНС.
Если когда-то у меня будет дочь, то имя ей уже подобрано четверть века как, с прослушивания песни «Нежность» с шеллака на 78 оборотах. О том, что для меня винил и как всё начиналось, я уже писал. Со свежими знаниями я ему и рабочему не позволил бы портить свои пластинки! Пьезоголовка в нём и этих ваших «чемоданчиках» из ДНС, без хорошей акустики, усилителя, фонокорректора…зачем?
И вот ты стоишь посреди комнаты и понимаешь, что избавляешься от вещей, от которых, казалось бы, никогда в жизни не избавился бы. Тот самый первый проигрыватель, бобинник. Бабушкина швейная машинка Veritas, что молчит в шкафу уже 23 года, как не стало её хозяйки.
Теперь пора, оно уходит. Не на помойку, конечно же. За какие-то символические деньги на Авито. С надеждой, что кто-то рукастый это восстановит, даст вторую жизнь. Или хотя бы пустит на запчасти для оживления других экземпляров.
И вот этот процесс сортировки… это отдельная песня. Ты перебираешь всё — каждую вещь, каждую маленькую бумажку, коробочку. И каждая из них триггерит что-то своё, И тебя под конец дня выматывает и выжимает не физический труд (хотя тут не без него, видели бы вы как я в соло стеллаж из комнаты в комнату тащил) , сколько вот это бесконечное ментальное перелопачивание прошлого и принятие решений по каждому артефакту.
(окончание в следующем посте)
(начало в предыдущем посте)
Параллельно с этими знаковыми артефактами уходит и другое. Мешков шесть отобранных шмоток и обуви уже уехало в обменник для нуждающихся. Еще пара-тройка мешков с лишним постельным и полотенцами ждут поездки в передержку для собак. Гора отсортированного мусора (пластик, стекло, бумага) копится уже несколько месяцев — ждала приём в своём районе, но скорее уже пора самому машину вызывать.
Какие-то видеокассеты, CD/DVD, старые журналы и книги уехали триггерить ностальгию у других в музей «Терминал ЭВМ» (кстати, всем рекомендую там побывать).
Большая Советская Энциклопедия, с тем самым разворотом, где флаги стран, в половине которых как минимум побывал один ныне запрещённый исполнитель из запрещённой песни в крайнем своём альбоме.
И вот так разбираешь всё это, слой за слоем снимаешь и ловишь себя на мысли, что с каждым днём расхламления меня всё меньше что-то держит.
Не то что в этой квартире — в этом городе. Он, к сожалению, за последние года три как-то не стал лучше, скорее даже наоборот, менее дружелюбным. И надежд на его какое-то светлое будущее всё меньше. Как, в принципе, и на моё собственное, если честно. Благо, хоть себя я пока не додумался назвать каким-нибудь «Самозанятым русского севера». А вот всяких «ворот» и «трещин» этого самого «севера» (так у нас в Кирове теперь называют то, что после ремонта к Юбилею стало хуже себя чувствовать, чем до) вокруг стало как-то слишком много. Придумали же бренд, конечно. При игнорировании локальной истории.
Но в этом постоянном диалоге с вещами из прошлого есть что-то очищающее. Не для печени на этой неделе, но всё же. Как будто не просто хлам разбираешь, а какие-то завалы в голове раскидываешь, освобождаешь место для чего-то нового. Может, именно в этом и смысл — не просто квадратные метры освободить для ремонта, а найти в себе силы начать что-то менять, двигаться к чему-то приятному и новому. Вернее начать уже 489034581-ю попытку двигаться к чему-то приятному и новому. Удачную после 489034580 предыдущих. Город тоже всех переживёт!
Такие дела. Расхламление продолжается, маленькие шаги вперёд по многим областям делаются. Во временной рабочей комнате даже предусматривается возможность что-то снимать или стримить. Посмотрим, куда что выведет, приведёт и получится.
Наверняка можно сказать только то, что когда-нибудь кто-то будет так же сидеть с моими вещами и думать «Нафига ему эта карточки MTG, пластинки и книжки. Нельзя на телефоне покрутить болота, музыку со Спотифая послушать и почитать с экс-Букмейнта?»
Ура, последний текст, который я написал в этой комнате с видом на эти обои!
(перейти к началу этого длинного текста)